Лого - Отдел реставрации Русского музея

Новости | Реставрация | Мастерские | Исследования | История | Контакты | Видео I

Вологодский период в жизни и творчестве Н.В. Перцева

О.В. Голубева,
Ведущий научный сотрудник
Отдела технологических
исследований Русского музея
 

И.Д. Соловьева
Заведующая отделом
древнерусского искусства
Русского музея


 

Сергей Иванович Голубев (1947—2008) — реставратор высшей квалификации Русского музея, заслуженный работник культуры РФ, член Комиссии по аттестации реставраторов Министерства культуры РФ, член Союза художников РФ

Слева направо - И.В. Ярыгина (сидит), А. Т. Дедненков, С.И. Голубев, И.Н. Куспак, М.Г. Малкин. 1970-е годы

«Писание иконы и ее реставрация – это такая странная вещь: если дать себе послабление, то образ – пропадет. Нужен духовный накал, обязательно. Все делается через духовное горение. Работая над иконой, надо увидеть образ сердцем…»[1]

Эти размышления Сергея Ивановича Голубева (1947–2008) касаются, прежде всего, его самого. Можно сказать, что вся его жизнь была посвящена иконе: ее изучению, реставрации, сохранению и возрождению древних традиций в современной иконописи. В Русском музее он проработал ровно сорок лет, из них шестнадцать возглавлял Мастерскую реставрации древнерусской живописи (1983–1999), а последние два десятилетия преподавал также иконопись и иконографию в Санкт-Петербургской Православной Духовной Академии. Сергей Иванович не только реставрировал иконы, но исследовал многие древнейшие памятники в Русском музее и везде, где только предоставлялась возможность: в Киеве, Минске, московских музеях, Эрмитаже и Кирилло-Белозерском музее-заповеднике. Пришло время, и реставратор вступил на путь иконописца и преподавателя: писал иконы сам, учил реставрации, иконописи, особенностям греческой и древнерусской иконографии.

Увлекся иконой еще в 1960-е гг., совершая длительные путешествия по России с ее полуразрушенной древней архитектурой, особенно по северным окраинам и в тесном общении с друзьями-единомышленниками. Это были музыканты Владимир Александрович Тагиев – учитель музыки Сергея Ивановича и Леонид Александрович Григорьев, ныне преподаватель регентского отделения Духовной академии. С ранней юности вошли в его жизнь музыка и поэзия, особенно Бах, Моцарт, Данте и Тютчев.

Он пришел в Русский музей в 1968 г., уже отчетливо понимая – для чего: заниматься иконой. Поступил в мастерскую реставрации древнерусской живописи (1972), обучался, по старой традиции, непосредственно у мастера, Ирмы Васильевны Ярыгиной, и параллельно на факультете теории и истории искусств Института им. И. Е. Репина, где его научным руководителем была Вера Дмитриевна Лихачева. Круг чтения составляли не только книги по технике живописи и истории искусства, многие годы были отданы изучению Священного Писания, литургики и святоотеческих трудов. Серьезной школой стало и общение с коллегами, среди них – один из реставраторов старшего поколения, С.Ф. Коненков, он часто приходил в мастерскую. Сергей Иванович высоко ценил и любил Самуила Федоровича, восхищаясь его профессиональным и человеческим талантом.

С.И. Голубев вошел в мастерскую как ученик, увлеченно осваивая традиционные для 1960-х – начала 1970-х гг. приемы реставрации, и вырос до мастера, реставратора высшей квалификации, сформировавшего собственный стиль работы в этой области. Настоящей школой для него стало непосредственное общение с памятниками древнерусской культуры, изучение их всеми доступными в Русском музее методами. Его ранние реставрационные работы выполнены в основном по традиционной в то время методике с применением компрессов. Участки утрат было принято тонировать «прозрачно», нейтрально по отношению к авторской живописи, в соответствии с использованием так называемого археологического метода, который предполагал приоритетное выявление сохранных частей оригинала. Это не всегда себя оправдывало. Например, при наличии больших утрат зрительно иногда нарушалась цельность памятника. Тем не менее, и при общепринятой методике тщательность, сосредоточенность и тонко развитая интуиция помогали достичь точности и чистоты расчистки, что особенно заметно в тех памятниках, работа над которыми была продолжена после частичных раскрытий предшественников.

 Большое значение для роста профессионального мастерства имело и обычное для молодых сотрудников обилие работ по укреплению икон. И здесь процессу всегда сопутствовал дух эксперимента, изобретательность и всякого рода маленькие находки. Напряженно в те годы шла работа мастерской по укреплению икон XVI–XIX вв. из собрания Художественного музея Республики Беларусь (Минск). Грунты нетрадиционного состава не поддавались обычным методам консервации, требуя новых решений. Объемная и нелегкая, но интересная работа проходила в подвальных помещениях Русского музея после основного рабочего дня.

Реставратор икон Сергей Голубев за реставрацией иконы XV века "Богоматерь" Русский музей

С.И. Голубев завершает работы по раскрытию авторской живописи на иконе XIV века "Богоматерь Умиление Владимирская". 1998 г.

В дальнейшем накопленный опыт нестандартных укреплений оказался бесценным. Так, в 1977 г. Сергей Иванович провел особо сложное укрепление иконы, принадлежащей кругу Андрея Рублева «Богоматерь Умиление Владимирская» из собрания В. А. Прохорова (кат. 34), доска которой основательно разрушена жуком-точильщиком. Позже он выполнил раскрытие авторской живописи уникального произведения, освободив его от грубых записей.

Довольно рано была осознана необходимость применять в работе данные технологических исследований, чему способствовало и полученное техническое образование. Следует заметить, что интерес к специальным исследованиям древнерусской живописи в Русском музее имеет давнюю историю. В частности, рентгенографирование редких икон перед их раскрытием производилось еще в 1930-е гг. по инициативе крупного музейного деятеля М. В. Фармаковского, а также его современника, одного из ведущих реставраторов предвоенного времени Н. Г. Давыдова, мастера, склонного к широким экспериментам. Позже, в 1950-е гг., съемку в ультрафиолетовой, инфракрасной областях спектра и макросъемку (в особых случаях) использовал и Н. В. Перцев. Он возглавил мастерскую реставрации икон, возрожденную в послевоенные годы.

В 1970 г. в Русском музее был создан Отдел технологических исследований, и С. И. Голубев c воодушевлением изучал все его возможности. Особый интерес вызывали результаты исследований в инфракрасной области спектра. Этот сравнительно новый для российских музеев метод помогал определять сохранность оригинала, скрытого под записями, и выявлять особенности авторского подготовительного рисунка, не видимого простым глазом.

Но исключительное значение приобрело исследование под микроскопом, и не только в отдельных случаях, как бывало в предшествующей реставрационной практике. Наряду с предварительным исследованием, сам процесс раскрытия икон из-под почерневших слоев олифы и многовековых записей стал проходить под микроскопом, с применением особых микроинструментов, которые реставратор нередко изобретал и изготавливал. Вспоминаются громоздкие самодельные приспособления для работы и фотосъемки под микроскопом, ведь соответствующего оборудования в стране тогда еще не было, а Сергей Иванович придумывал и конструировал вместе с Рудольфом Александровичем Кесаревым и всей мастерской, вовлеченной в общий процесс технического переоснащения. Он освоил различные виды фотосъемки, одним из первых в Русском музее стал производить цветную макро- и микросъемку на слайды, в 1970-е гг. еще не имевшую у нас широкого применения.

Сергей Иванович Голубев (1947—2008) — реставратор высшей квалификации Русского музея, заслуженный работник культуры РФ, член Комиссии по аттестации реставраторов Министерства культуры РФ, член Союза художников РФ

Сергей Иванович Голубев. 1990-е

Все эти виды исследования с середины 1970-х гг. стали использоваться в каждодневной практике сначала самим С. И. Голубевым, а затем и всеми сотрудниками Мастерской реставрации древнерусской живописи. Еще до появления цифровой техники на базе Отдела технологических исследований Сергей Иванович впервые отработал методику инфракрасной макросъемки: она дает возможность сосредоточиться на определении особенностей рисунка мелких деталей миниатюрной иконописи, скрытых под авторской живописью. Так, в небольших по размерам многофигурных иконах строгановских мастеров XVI–XVII вв. был выявлен живой и выразительный рисунок, выполненный кистью. Он, конечно, резко отличается от позднейшего переводного механистичного рисунка икон XIX столетия. Технологическое исследование, выполненное под руководством С. И. Голубева, определило и характер самой выставки икон строгановских мастеров, открытой в Русском музее в 1987 г. Она была задумана и осуществлена в контексте проблем всестороннего изучения иконы и выявления позднейших имитаций, что нашло отражение в статье реставраторов Г. Н. Поповой и А. Т. Дедненкова для каталога этой выставки[2].

В настоящее время метод раскрытия икон под микроскопом не нуждается в аргументированной защите. Однако в 1970-е годы нужно было посягнуть на сложившиеся стереотипы и доказать необходимость столь трудоемкого процесса, требующего безусловно высокого профессионализма, собранности мысли и немалых физических усилий. Миллиметр за миллиметром освобождается драгоценная поверхность древней иконы из-под вековых загрязнений и записей. Процесс долгий, но намного точнее контролируется раскрытие, что обеспечивает более высокий уровень его выполнения.

Попутно расширялись и исследовательские возможности мастера. Пристально изучая технику исполнения древнейших икон, ему удалось обнаружить ряд нетрадиционных, на уровне современных представлений, особенностей. В таких памятниках Русского музея, как «Богоматерь на престоле со святыми Николаем и апостолом Климентом» (ок. 1276 г.; кат. 43), «Богоматерь Одигитрия (Торопецкая)» (первая половина XIV в.), «Святой Николай, с житием» из с. Виделебье (XIV в.; кат. 30), было выявлено широкое использование цветных лаков и пигментов органического происхождения, что совсем недавно считалось характерным только для позднейшей иконописи. Это заставило с еще большей осторожностью подойти к проблеме расчистки[3]. Внимательное изучение раскрытых в прежние годы икон дало основание для пересмотра распространенной практики удаления записей путем размягчения их компрессами с органическим растворителем. Со второй половины 1970-х гг. С. И. Голубев все чаще применяет при раскрытии икон «комбинированную» методику, используя только легкое увлажнение с минимальной экспозицией, а преимущественно, особенно на участках с отсутствием прослойки олифы, работает микроскальпелем «всухую». Так выполнены основные его реставрационные работы: «Крещение» из кашинского чина (около середины XV в.; кат. 19), «Богоматерь на престоле со святыми Николой и Климентом», «Воскрешение Лазаря» (вторая половина XIV в.; кат. 48), «Богоматерь Умиление Владимирская» из собрания В. А. Прохорова. Теперь он с полным основанием мог заключить, что «расчистка по такой методике не изменяет оптическую структуру красок, которая меняется при применении растворителя»[4].

Главной и особенно трудоемкой работой стало раскрытие одного из наиболее значительных памятников древнерусского искусства – иконы «Борис и Глеб» из собрания Н. П. Лихачева (середина XIV в.; кат. 35). Реставрация проводилась под контролем комиссии Министерства культуры РФ, сопровождалась обширными технологическими исследованиями и подробной фотодокументацией, фиксирующей поэтапно весь процесс. Общий объем иллюстративного материала составил более двухсот черно-белых и почти столько же цветных фотоснимков. Были выполнены схемы утрат авторской живописи и схемы-реконструкции отдельных фрагментов с привлечением аналогий. На протяжении восьми лет (1979–1987) раскрытие велось предельно осторожно, с сохранением позднейших прописок на всех участках утрат первоначальной живописи. В результате напряженного труда удалось выявить сложную, тонко нюансированную пластическую разработку форм первоначальной живописи с обилием драгоценной орнаментики, практически скрытые прежде под слоями обширных загрязнений и «антикварного» поновления начала ХХ века.

Столь же объемной стала и реставрация иконы «Богоматерь на престоле со святыми Николаем и апостолом Климентом». На отдельных участках здесь было обнаружено до восьми слоев позднейших записей с повышенной жесткостью. Требовалось идентифицировать те записи, состав пигментов которых был практически аналогичен авторскому. Раскрытие осложнялось еще одной проблемой: наличием в первоначальной живописи желтого лака, проложенного по грунту. Он кололся при малейшем усилии и не допускал использования растворителей. Поэтому расчистка производилась практически «всухую», с минимальным использованием растворителя, а также исключительно под микроскопом. В итоге была раскрыта авторская живопись, словно «подсвеченная» желтым лаком, особенно хорошо сохранившаяся на ликах Богоматери и Младенца Христа. Сергей Иванович так интерпретировал использование именно этой техники: она служила воплощению идеи внутренней просветленности, «обоженности», свойственной иконописи XIII–XIV вв., которая сформировалась под влиянием мировоззрения Симеона Нового Богослова.

Особое внимание следует обратить и на реставрацию икон «Воскрешение Лазаря» и «Богоматери Умиление Владимирской» из собрания В. А. Прохорова. На поверхности красочного слоя оставлялся тончайший слой предыдущего лакового покрытия, что обеспечивало сохранность авторской живописи. Для контроля при расчистке использовалась съемка в свете видимой люминесценции под действием ультрафиолета. Этот вид исследования традиционен в реставрации масляной живописи, и только Сергей Иванович применял его при раскрытии икон. Метод предполагает предельно внимательное отношение к равномерному утоньшению покровного лака.

 Не менее сосредоточенной, кропотливой и поистине ювелирной работы реставратора потребовала также миниатюрная живопись строгановских мастеров XVI–XVII веков.

При взгляде в прошлое становится очевидным, что для развития реставрационного дела в России последняя четверть ХХ столетия была в целом благоприятным временем. Остались позади годы послевоенных восстановительных работ и интенсивной экспедиционной деятельности, и еще не наступила пора спешных подготовок многочисленных временных выставок. Тогда, в последние десятилетия прошлого века, находилось время и пространство для раздумий.

Просматривая каталог реставрационных работ С. И. Голубева, нельзя не заметить, как тесно его жизнь была связана с историей Русского музея 1970-х – начала 2000-х гг. Это деятельное участие в таких значительных выставках, как «Дионисий и искусство Москвы XV–XVI столетий» (1976); «Русская живопись XVII–XVIII веков» (1977); «Выставка работ Отдела реставрации Государственного Русского музея» (1977); «Выставка новых поступлений» (1978); «Выставка одного памятника. Икона “Борис и Глеб” в собрании Государственного Русского музея. Исследования. Реставрация» (1987); «Искусство строгановских мастеров» (1987); «Побеждая время… Реставрация в Русском музее» (1998), «Религиозный Петербург» (2004). Вместе с тем продолжались исследования икон для каталога древнерусской живописи и реставрация выдающихся памятников, требующих неотложного к себе внимания.

Процессу реставрации всегда сопутствовало тщательное документирование. И здесь трудно переоценить значение деятельности Михаила Георгиевича Малкина, в те годы реставратора и научного сотрудника Мастерской реставрации икон, где сложился коллектив единомышленников. Нельзя не вспомнить рано ушедшую Галину Николаевну Попову (1948–1990), до Русского музея она уже имела опыт реставрационной работы в Музее-заповеднике «Кижи» и была внимательным и тонко чувствующим икону мастером. В 1970-е гг. длительные стажировки проходила здесь разносторонне образованный реставратор из Финляндии Хелена Никканен, гармонично вписавшаяся в коллектив, работали Александр Тимофеевич Дедненков (ныне в Музее истории религии) и основательный Рудольф Александрович Кесарев, без участия которого не обходилось изготовление ни одного технического приспособления. В конце 1980-х – начале 1990-х начинали свой профессиональный путь Дарья Евгеньевна Мальцева и Михаил Михайлович Бушуев, ныне опытные специалисты. Вся мастерская тех лет была вовлечена в мир древнерусского искусства; исследовательская атмосфера одушевляла всю ее деятельность и непосредственным образом сказывалась на результате. Это прежде всего серьезные реставрационные работы, а также публикации М. Г. Малкина – автора более 50 статей, посвященных Гуслицкому, Ферапонтову и Кирилло-Белозерскому комплексам; исследования Д. Е. Мальцевой, в частности иконы «Апостол Фома» из собрания Н. П. Лихачева. Икону «Уверение Фомы» 1500 г. из Павлово-Обнорского монастыря изучала О. В. Губарева, «Вертоград заключенный» Никиты Павловца (ГТГ) – Н. М. Турцова. Темы, интересовавшие каждого, совместно обсуждались, «врастая» в общий круг интересов. Сергея Ивановича глубоко затрагивали поднятые проблемы и становились «родными».

Он часто повторял, что каждая икона в процессе ее создания, реставрации или молитвенного созерцания по сути своей есть исследование. В его личности были органично сплавлены все эти стороны творческого отношения к иконе. Реставрируемые им памятники, особенно древние, постоянно занимали его мысли, что нашло свое выражение в его письменном наследии. Неслучайно первая статья С. И. Голубева (конец 1970-х гг.) посвящена одному из наиболее значительных комплексов XV столетия – кашинскому иконостасу[5]. Он реставрировал образ «Крещение» из праздничного чина. На основе анализа архивных источников им установлено время создания иконостаса – около 1450 г. При исследовании икон этого чина в инфракрасной области спектра обнаружен необычный для древнерусской иконописи экспрессивный подготовительный рисунок, что подтверждает уникальность памятника, не имеющего аналогий (цвет. ил. 37–55).

Совместно с В. К. Лауриной Сергей Иванович написал статью об иконе «Борис и Глеб», после раскрытия которой появилась возможность в полной мере оценить необычайное богатство цветового решения, изысканность и редкую выразительность ее письма[6]. Реставрация, в конечном итоге, помогла уточнить и атрибуцию памятника. «Рафинированность, удивительной виртуозности рисунок, яркость и сочность колорита, литературная программная законченность композиции в контексте жития Бориса и Глеба – свидетельства столичного происхождения иконы, а именно московского, около середины ХIV столетия»[7]. Используя снимки в инфракрасной области спектра, где видна активная пластическая проработка складок синего плаща св. Бориса, словно «затканного» в живописи верхних слоев ажурной сетью золотого орнамента, Сергей Иванович обратил внимание на богословский аспект художественного образа. Иконописец видимым образом стремился «полностью преодолеть материальность изображения <…> а хрупкие бестелесные фигуры <…> как бы парят, пронизанные светом божественной славы», что соответствует и тексту жития святых братьев[8]. На выставке «Реставрация одного памятника» (1987) икона была представлена в кругу обширных фотоматериалов, запечатлевших исследование и ход ее реставрации.

Работая над иконой «Богоматерь на престоле со святыми Николаем и апостолом Климентом», мастер как всегда тщательно изучал исторический контекст ее создания, используя и данные материального исследования. Обнаруженная при рентгенографировании нижележащая надпись «Климентъ» (под видимой невооруженным глазом «Петръ») подтолкнула его к мысли об использовании в программе иконы двойного патроната, что помогло раскрыть образное содержание памятника и уточнить его датировку (около 1276 г.). Многолетние размышления над особенностями иконографии и техники исполнения этого уникального произведения оформились позднее в совместные с Н. В. Пивоваровой доклад и публикацию[9].

С конца 1970-х гг. С. И. Голубев практически возглавил изучение икон в Отделе технологических исследований Русского музея и лично исследовал под микроскопом многие древние памятники собрания. Полученные данные отражены в заключениях Отдела и частично опубликованы[10].    

К 1989 г. относится статья Сергея Ивановича теоретического характера о проблемах изучения иконописи второй половины XIII – середины XIV в., где в целом уточнялась и пересматривалась классификация приемов личного письма, начатая еще Н. В. Перцевым[11].

Как объемное глубокое исследование можно рассматривать статью С. И. Голубева «Техника живописи в художественной структуре византийской иконы»[12]. Ее написанию предшествовала работа на экспозиции византийской культуры Эрмитажа[13]. Важно заметить, что именно Сергей Иванович впервые после десятилетий запрета на религиозное мировоззрение заговорил о литургическом контексте иконы. Причем обращал внимание не только на особенности иконографии, как некогда первые ее исследователи, но и на технику живописного построения формы, тесно связанную с характером образа и проблемами атрибуции. Его особенно интересовала тонкая область взаимосвязи техники исполнения и богословского содержания в художественной ткани произведения. Цель исследования материальной структуры памятника состояла для него именно в определении характера этой зависимости. Статья, вышедшая в труднодоступном сборнике, имеет уже немалый срок давности, однако новые публикации на эту тему и в настоящее время отсутствуют, наверное, по причине специфики вопроса, который требует разностороннего подхода. Именно такой подход был характерен для Сергея Ивановича, определял индивидуальную неповторимость его личности и являлся профессиональной основой всей его деятельности.

Он имел счастье, как признавался иногда, изучать под микроскопом древние памятники в московских музеях. Такие вершины средневекового искусства, как икона «Богоматерь Умиление Владимирская» XII в. Третьяковской галереи и иконостас Благовещенского собора Московского Кремля, оставили яркий след в памяти и были постоянной темой его занятий с будущими иконописцами.

Большой реставрационный опыт Сергея Ивановича послужил развитию особого исследовательского таланта. Он умел в яркой форме вдохновенно выразить свое понимание иконы и щедро делился с окружающими значительными и малыми открытиями. Но опубликовано лишь немногое. Реально воплотить свои знания в реставрационных работах, своих иконах и в преподавании представлялось ему наиболее важным. Он стремился изменить сложившееся отношение к реставрации и иконописи: утвердить процесс реставрации на научной основе, а в иконописи – перейти от механического копирования образца к осознанному вхождению в сложный мир иконного образа.

Каталог реставрационных работ мастера включает шестьдесят икон из собрания Русского музея. Это немного сравнительно с масштабным наследием многих реставраторов прошлого, трудившихся по ликвидации последствий военной разрухи и в экстремальных условиях экспедиций по всей стране. Но и достаточно весомо, учитывая метод работы С. И. Голубева.

Его реставрационная деятельность определялась временем и обстоятельствами плановой работы, но вместе с тем она была органично связана и с особой любовью к иконе, преимущественно древней – русской и греческой.

Нередко Сергею Ивановичу приходилось продолжать раскрытие памятников, начатое предшественниками. В таких случаях заметно качественное различие в сохранности первоначальной живописи на участках разновременных раскрытий, как, например, в иконе «Богоматерь со святыми Николаем и апостолом Климентом» или большом храмовом образе «Спас Вседержитель» из федосеевской моленной на Волковом кладбище в С.-Петербурге (нач. ХV в.; кат.49). К разряду работ по повторному раскрытию относятся иконы, претерпевшие так называемое антикварное поновление на рубеже XIХ–ХХ вв. Неосуществленной мечтой Сергея Ивановича осталась реставрация «Деисуса» XIV в. из псковской церкви святителя Николая «от Кож»: авторская живопись ликов этой иконы значительно искажена позднейшими записями. Повторные раскрытия подобного рода – дело будущих поколений реставраторов.

Стоит отметить, что выбор методики реставрации никогда не «догматизировался» С. И. Голубевым, но всегда был мотивирован конкретным состоянием каждого произведения. Несмотря на явные преимущества одного метода над другим, ни один из них «не работает» механически, являясь своего рода гарантом качества. От реставратора требуется предельная собранность, обостренная отчетливым пониманием состояния сохранности и техники исполнения памятника. Сергей Иванович неотступно следовал этому принципу на практике. Ему было не свойственно стремление предельно «вычистить» поверхность авторского красочного слоя. Он полагал, что задача реставратора состоит в умении выявить характерные черты произведения и обеспечить его сохранность, «не навредив». Творческому почерку мастера были присущи сугубая тщательность и продуманность в подходе к реставрации, точность, мягкость и деликатность при раскрытии авторской живописи. Такой метод, единственно возможный и объективный для реставрации древнерусской живописи, основан на максимально полном изучении памятника – в технологическом, стилистическом и богословском аспектах. В процессе реставрации, при устройстве экспозиций и по ходу формирования временных выставок проблема сохранения икон, можно сказать, была своего рода «болевой точкой» Сергея Ивановича. Вспышки характера горячего, а в юности – бескомпромиссного, всецело объясняются любовью к иконе и глубоким переживанием за ее судьбу. С. И. Голубев принадлежал к тому, ныне уже уходящему поколению музейных сотрудников, для которых каждодневная работа была основным содержанием их жизни, не замутненным никакими личными или иными выгодами и соображениями.

В настоящее время уже третье поколение реставраторов Русского музея применяет ставшую общепринятой методику С. И. Голубева. Некоторые специалисты, выросшие под его руководством (Д. Е. Мальцева, Н. Б. Антонышева) реставрируют, преподают и изучают памятники древнерусского искусства не только на родине, но и за рубежом.

Иконы, которых касалась его рука, участвуют во временных выставках и находятся в постоянной экспозиции музея. Реставрированные произведения, а также его практика и наблюдения во многом изменили сложившиеся представления о древнерусской иконописи. За уникальные работы по реставрации он был награжден большой серебряной медалью Академии художеств СССР, являлся членом Комиссии по аттестации реставраторов Министерства культуры РФ и Союза художников РФ, имел звание «Заслуженный работник культуры РФ».

 


Примечания:


[1] В статье цитируется конспект слушательницы Иконописного класса Санкт-Петербургской Духовной академии 1990-х гг. О. Г. Даниловой.

[2] Искусство строгановских мастеров в собрании Государственного Русского музея: каталог выставки. Л., 1987. С. 80–90.

[3] На Реставрационном совете от 13.11.1980 г. обсуждалось состояние иконы «Святой Николай, с житием» из с. Виделебье и было принято решение о раскрытии красочного слоя древних икон, особенно уникальных, только под микроскопом.

[4] Архив Мастерской реставрации древнерусской живописи. Протокол Реставрационного совета от 15.06.1988 г.

[5] Голубев С. И. К вопросу о происхождении кашинского иконостаса // Попов Г. В., Рындина А. В. Живопись и прикладное искусство Твери XIV–ХVI веков. М., 1979. С. 366–368 (Приложение).

[6] Икона «Борис и Глеб» в собрании ГРМ. Исследования. Реставрация / сост. С. И. Голубев, В. К. Лаурина. Л., 1987.

[7] Конспекты. Фрагмент. См. примеч. 1.

[8] Икона «Борис и Глеб» в собрании ГРМ. С. 11.

[9] Государственный Эрмитаж. Культура и искусство христиан-негреков. Науч. конф. памяти А. В. Банк: тезисы докладов. СПб., 2001. С. 12–15.

[10] Голубева О. В. Исследование икон XIII–XIV веков в собрании Русского музея // ГРМ. Технологические исследования в Русском музее за 20 лет: сб. науч. ст. СПб.1994. С. 14–24.

[11] Голубев С. И. Некоторые проблемы изучения техники древнерусской живописи (иконопись второй половины XIII – середины XIV в.) // Художественное наследие. Хранение. Исследование. Реставрация. М., 1989. № 12. С. 62–73.

[12] Голубев С. И. Техника живописи в художественной структуре византийской иконы // Материальная культура Востока. Государственный музей искусства народов Востока. М., 1988. Ч. II. С. 254–273.

[13] Иконы изучались С. И. Голубевым в Эрмитаже с использованием микроскопа и цветной макросъемки совместно со С. Г. Савиной, в то время научным сотрудником Эрмитажа. Протокол исследований и макроснимки С. И. Голубева использованы в ее книге: Савина С. Г. Иконография: богословские очерки иконографического извода. СПб., 2001. С. 250–267 (Глава VIII. Личное письмо и богословие иконы). К сожалению, полиграфический уровень воспроизведения снимков ограничивает возможности  иллюстративного материала излагаемой темы.

 

*Источник:

О.В. Голубева, И.Д. Соловьева. Сергей Иванович Голубев и реставрация памятников древнерусской живописи в Русском музее / "ПОСТИЖЕНИЕ ОБРАЗА. С.И. Голубев - реставратор, педагог, иконописец", Сост. О.В. Голубева, М.Г. Малкин, Н.В. Пивоварова. — Издательство «Европейский Дом» — Санкт-Петербург - 2014 - 174 е., ил.

 

   БАЗА ДАННЫХ: "Все реставраторы Русского музея"...

Copyright © 1997-2016 Государственный Русский музей
Вопросы
? Комментарии? Отправьте нам сообщение...